АНАРХИЗМ
составил
Иванов Олег
Рождение
российского анархизма
затянулось на несколько
десятилетий.
Лишь
в 80-е годы XlX в. он сформировался
в революционное движение
и начал играть определяющую
роль в системе
общественно-политических
взглядов народников.
Большинство из них поначалу,
находились под влиянием
бакунистских идей.
М.А.Бакунин, на первое место
выдвигал борьбу всеми
дозволенными способами
с государством и его
институтами и громогласно
объявил себя врагом любой
власти. В манифесте-книге
“Государственность и
Анархия” - он предложил своим
последователям
единственную форму
революционной борьбы
- немедленное всенародное
восстание для разрушения
государственного строя.
Взамен предлагалось
организация вольного
братского союза
“производительных
ассоциаций, общин и
областных федераций,
обнимающих безгранично,
потому свободно, людей
всех языков и народностей”
По
мнению Бакунина, долгом
каждого честного
революционера должна
была стать поддержка в
народе инстиктунтивного
духа протеста, его постоянной
готовности к революции.
“ Живой ток революционной
мысли, воли и дела” должен
был разбить традиционную
замкнутость крестьянского
мира, наладить связь между
фабричными работниками
и селянами и создать на
их основе несокрушимую
силу, способную одним махом
произвести в стране
социальную революцию.
Развивая
теоретические
построение Бакунина,
члены кружка А.В. Долгушина
вскоре предложили идею
“хождение в народ” с целью
подготовки крестьянских
восстаний для осуществления
социальной революции.
Через “хождение в народ”
прошли многие видные люди
эпохи, искавшие действительные
способы борьбы с самодержавием.
Дальнейшее
развитие анархические
построения нашли в лице
П.А, Кропоткина. Осенью 1873 г. по
поручению “чайковцев”м
( членов кружка Н.В. Чайковского)
- он составил программный
документ организации,
манифест -- “Должны ли мы
заняться рассмотрением
идеала будущего строя ?“
В этом документе идеалом
будущего строя объявлялась
“ анархия
“ - т.е. “союз вольных коммун”,
без центральной государственной
власти. Движущими силами
для проведения в жизнь
анархической программы
Крапоткин считал не только
крестьян, но и городских
рабочих:
“Здесь
мы должны распространять
наши воззрения, здесь должны
мы подыскать товарищей.
Прежде всего восстание
должно произойти в самом
крестьянстве и городских
рабочих только тогда
может оно рассчитывать на
успех”.
Насколько
сильна была вера в осуществимость
анархических построений
у российской молодежи той
поры, показывает тот факт,
что в первых больших судебных
процессах 70-х годов,
организованных
правительством против
революционеров (
процессы “50-ти” и “193-х” ),
наиболее видные обвиняемые
почитали за честь называть
себя анархистами.
В
70-- 90-е годы прошлого века
П.А. Крапоткин осуществил
разработку концепции
анархо-комунизма, воспринятую
значительным большинством
анархистов. Система
Крапоткина привлекали
внимание современников
своей глубоко гуманистической
направленностью, попытками
синтеза и гормонии мира,
стремлением объяснить
все явления в области
общественной жизни
объективными законами
природы. Под анархией он
понимал “ мировоззрение
основанное на механическом
понимание явлений “,
Охватывающее всю природу,
включая сюда и жизнь человеческих
обществ. В своих построениях
новый теоретик российского
анархизма значительное
место уделил вопросам
революции. Он не считал народ
готовым к немедленному
революционному
выступлению и ставил
вопрос о создание
анархической партии для
“ тихой подготовительной
идейной работы ”. Социальную
революцию он считал
закономерным явлением
исторического процесса,
“ резким скачком вверх “,
который должен привести
к полному уничтожению
все институтов власти и гос.
учреждений. По его мнению,
анархо-комунизм можно
было вводить сразу после
разрушению старых порядков
в ходе революции. Кто же
совершит эту великую
революцию? “ Ее могут сделать
только сами трудящийся -
рабочие и крестьяне и
трудовые элементы из
интеллигенции”, - писал
Кропоткин. Он так же отрицал
необходимость революционного
правительства, не признавал
ни какой революционной
диктатуры, так как при ней,
по его мнению, “ революция
неизбежно вырождается
в произвол и в деспотизм”.
В
начале ХХ в. в России, в условиях
общего революционного
подъема и невиданной
накалу классовой борьбы,
анархизм - вечный спутник
революций и социальных
потрясений вновь заявил
о себе, как об общественно-политическом
движении, обединяющем
леворадикально,
демократически
настроенные слои общества.
Первые
шаги к усилению роли анархизма
в общественно-политической
жизни страны были сделаны
за границей. В 1900 г. в Женеве
возникает организация
российских анархистов-эмигрантов
“Группа русских анархистов
за границей“, издавшее
воззвание с призывом к
свержению самодержавия
и социальной революции.
Ее лидерами были Мендель
Дайнов, Георгий и Лидия
Гогелия. Супруги Гогелия
в 1903 г. в Женеве создали
группу
анархистов-комунистов
“Хлеб и Воля”, принесшую
известность Российскому
анархизму. “Хлебовольцам”
при поддержке Кропоткина,
М. И. Гольдсмит и В. Н. Черкезова
удалось в томже году организовать
первого российского
анархического печатного
органа за границей - - газеты
“Хлеб и Воля”.
В
самой России первые анархистские
группы появляются
весной 1903 г. в г.Белостоке
Гродненской губернии среди
еврейской интеллигенции
и присоединившихся к
ней ремесленных рабочих;
летом - в г. Нежине Черниговской
губернии в среде учащийся
молодежи. Начавшийся
процесс образования
анархистских групп на территории
страны шел по восходящий
линии, и уже к концу 1903 г.
функционировало 12
организаций в 11 городах,
а в 1904 г. - 29 групп в 27 населенных
пунктах северо-запада,
Юго-запада и Юга страны.
География
российского анархизма
четко обрисовалась в
1905-1907 годах. “Столицами”
движения считались Белосток,
Екатиринослав и Одесса.
Социальную
основу анархического
движения составляли
преимущественно
кустари, ремесленники,
торговцы, крестьяне,
деклассированные элементы,
часть интеллигенции, а также
немногочисленные
группы рабочих недовольные
существующими
порядками, но слабо
представляющие пути и
средства борьбы с ними. Если
попытаться составить
обобщенный портрет анархист
периода первой российской
революции, то он бы выглядел
так: это был бы молодой человек
(или девушка) 18-24-летнего
возраста, имевший начальное
образование и представлявший,
представлявший как правило
демократические слои
общества. Касаясь модного
сегодня национального
вопроса, заметим, что в
анарходвижении преобладали
евреи (по отдельным выборкам
их число достигает
50%), русские (до 41%), украинцы
(до 35%). Среди анархистов
практически не было
лиц зрелого возраста. Самым
пожилым в движение были
- его основатель Кропоткин
(1842) и его ближайшая
последовательница
М. И. Гольдсмит (1858). Основная
масса крупных организаторов
движения -
М.
Э. Данилов, Н. И. Музиль,
Я.
И. Кирилловский, А. А. Боровой,
В.
И. Федоровловский (Д.
Новомирский), - родились
в середине - конце 70-х гг. XIX
в., т.е. к моменту
революции
им было около 25 - 32 лет. В основном
руководители и теоретики
анарходвижение имели
высшее или среднее специальное
образование, большие
навыки агитационной
работы.
Июльский
политический кризис
1917 г. закончился поражением
сил революции и частичным
разгромом анархических
организаций. В этот период
на передней край борьбы вновь
выходит Кропоткин. Его
фигура привлекла внимание
не только революционеров,
но и сторонников правительства,
пытавшився в своих целях
авторитет великого
ученого и мыслителя.
А.
Ф. Керенский делал невероятные
усилия, чтобы уговорить
Кропоткина войти во Временное
правительство, предлагая
ему на выбор любой пост министра.
Крапоткин отказался
ответив:” Я считаю ремесло
чистильщика сапог более
честным и полезным”.
Очевидно, результатом
длительных размышлений
стало его участие в работе
Государственного
совещания в Москве,15
августа 1917г.
Консервативные
круги вряд ли ожидали услышать
от теоретика анархизма
проповедь идеи классового
примирения всех сил “и правых
и левых”, действующих в
революции. Возможно
это был хитрый ход политика
считавшего, что достичь
царства анархии можно
будет только в условиях
мира и демократии. Но за
такое положение дел анархистам
еще предстояло бороться.
Накануне
Октября 1917 г. они были все
еще в значительной степени
разрозненны.
Колебание
различных частей
анархического движения
не спасли его от подчинения
решительной и властной
тактике большевиков.
В дни Октября большевики
использовали анархистов
в качестве боевой,
разрушительной силы
против буржуазии, оказывая
им всемерную помощь оружием,
продовольствием и пр.
Анархисты окунувшись в
родную стихию борьбы и
разрушения, участвали
в октябрьских событиях
1917 г. в Петрограде, Москве,
Иркутске и других городах.
Но
для большевиков утвердившихся
у власти, анархизм, с его лозунгами
борьбы за свободу личности
и против государственных
институтов, был хорош только
до той поры, пока не мешал
осуществлению собственных
планов государственного
строительства. Большевики
опосались соединения идей
анархии с лозунгами своих
противников из среды
демократических слоев
общества. Для борьбы с
анархистами и их попутчиками
были использованы все
методы: от обвинения их в
поддержке “буржуазных
контрреволюционеров”,
в организации “пьяных
погромов” до попыток
формирования ими собственных
отрядов.
17
декабря в газете
петроградских анархистов
появился призыв к созданию
собственных вооруженных
сил. “Вольные анархические
дружины” нужны были
анархистам ”для организованного
удара... по власти, для смертельной
за социальную революцию”.
В публикации содержалась
прямая угроза большевикам:”
Если вы станите на нашем
пути к анархии, к камуне, мы
растопчем и вас”. Весной
1918 г. анархисты приступили
к созданию постоянных
боевых отрядов. Кадры
“боевиков” предназначались
для борьбы “за идеалы анархизма”,
с “контрреволюцией” в
России, а также для подавления
выступлений “германских
белогвардейцев”.
Постоянная
нацеленность анархистов
на задач мирового
революционного развития
не мешала им устраивать
прозаические налеты
на квартиры, грабить склады
и магазины, и даже захватывать
здания. Московские
анархические группы зимой
1918 г. устроили настоящие
соревнование по захвату
особняков в городе.
Почувствовав
за собой некую силу, анархисты
решили добиться окончательного
своего признания Советской
властью. Весьма важной для
них была задача обеспечения
оружием и продовольствием
в равных пропорциях с
красногвардейцами.
Власти Москвы и Петрограда
признали требования
анархистов недопустимыми
и запретили им выдачу
оружия.
Анархисты
не могли смирится с таким
решением властей. В конце
марта 1918 г. члены Московской
Федерации анархических
групп официально уведомили
Моссовет о захвате помещения
купеческого собрания
на Малой Дмитровке дом № 6 и
размещении там своих
организаций. Такая позиция
создала угрозу возможных
насильственных действий
против большевиков. Насколько
такая задача была реальной
и выполнимой для анархистов?
Сейчас
трудно ответить на этот
вопрос. Во всяком случае, в
Москве стали усиленно
распостранятся слухи о
готовящемся выступление
анархистов.
В
ночь с 11 на 12 апреля в городе
силами ВЧК, воинских частей
и латышских стрелков из охраны
Кремля
был
проведен захват зданий,
занимаемых анархистами,
и разоружение сторонников
анархии. В некоторых местах
анархисты оказывали
сильное сопротивление,
но в основом застигнутые
врасплох, здавались. Вскоре
было проведено разоружение
анархических групп в
Петрограде, Вологде,
подавлен анархо-мятеж в
районе Бугуруслана-Самары.
Верхушка
движения не имевшая после
смерти
П.
А. Крапоткина в 1921 г. подлинного
руководителя и теоретика,
раскололась на несколько
частей.
Многие
анархисты заявило о
кризисе движения, его
перерождение своем
желании трудится на благо
большевиков и вступило в
РКП(б). Другая часть духовному
гнету и лжи предпочла эмиграцию
и выехала или была выслана
за границу. Наконец,
оставшийся в стране
приверженцы анархии пытались
проводить какую-то работу
но их было ничтожно мало.
Многие
анархисты тяжело переживая
разрыв с родиной, одиночество,
и усталость от бесполезной
борьбы, принимают решение
вернуться в СССР. Кто-то возвращался
по своей воле, кто-то из-за связей
с чекистами, но как правило
конец жизни эти в прошлом
идейные анархисты проводили
одинаково - на стройках и
лагерях
ГУЛАГа.
В 1929 г. на воле уже практически
ни кого не было. Анархические
организации в стране
прекратили свое существование.